sea

zakshi


Творчество на кругах земной жести


Previous Entry Поделиться Next Entry
три абзаца средь бела дня
sea
zakshi
     Минут через тридцать, когда уполномоченный был отмыт в рабочем душе, обряжен в мохнатые тапки с ушами, шерстяные спортивные штаны и свитер Михалыча, и перестал, наконец, стучать зубами, все снова собрались в большой комнате с длинным столом. Людмила Васильевна уже успела наметать продуктов на стол и даже ухитрилась сделать салат. Славик и Чава сидели по разные стороны стола, молча жевали по кусочку сушеной колбасы и глядели в противоположных направлениях: Чава пялился на дырявую политическую карту мира, что украшала стену над сейфом, а Славик отрешенно смотрел на ту же карту, только в зеркале.
   – А где Кукумац? – удивился Михалыч, входя с уполномоченным в комнату.
   – Роды у нее, – задумчиво улыбнулась Людмила Васильевна, заботливо протирая рюмки вышитым полотенцем.
   – Было незаметно, – майор Тёртый строго вопросительно поднял брови.
   – Да, повитухой она... по совместительству, – пояснил Михалыч, показывая Тёртому стул рядом со Славиком, а сам занял свое место во главе стола. – Кузнецы должны были родить уже.
   – В каком смысле, кузнецы? – майор, обойдя стол и усаживаясь, уставился на Михалыча, видно шок от неудачного перехода притупил остроту мысли.
   – Типа, Кожемяки, – ответил Чава, который сидел напротив.
   Майор Тёртый перевел на Чаву еще не до конца оттаявший взор.
   – Ну, Кожемяки, – Чава оробел и кивнул в сторону окна.
   Майор обернулся к окну и вздрогнул, потому что с подоконника за стеклом тут же шумно взлетела некая пернатая тень и канула в вечернюю глубину. Уполномоченный нервно повел плечами, нащупал под свитером амулет на груди и спросил, пристально глядя на Михалыча:
   – Так я не понял, кузнецы или кожемяки?
   – Значит, поясняю, – неторопливо начал объяснять Михалыч, – Кузнецы – это род деятельности, а Кожемяки – это их фамилия... Кожемяки, Соломон и Пуля.
   – Так кто родить должен? – с некоторым раздражением спросил Тёртый, прищурившись.
   – Пуля, конечно же, – Михалыч задумчиво пошевелил моржовыми усами, прицеливаясь на бутылку, – Пульхерия, Соломонова супружница. Добрая женщина, из железных прутьев узоры для ворот пальцами гнет.

Отрывок из главы 3, фантастического рассказа "Отдел по борьбе"
Полный текст лежит (ТУТ)

  • 1
Спасибо :) В целом вещь добрая.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account